Сергей Худиев

Церковный раскол – это история падшего человеческого рода

Сергей Худиев
публицист, богослов
23 июля 2019, 17:48

Летом 1054 года римский папа Лев IX послал в Константинополь легатов (посланников) во главе с кардиналом Гумбертом, чтобы уладить конфликт, вызванный закрытием в этом городе латинских церквей по распоряжению патриарха Михаила Кирулария. Кардинал Гумберт не оказался великим дипломатом, и дело кончилось тем, что 16 июля 1054 в соборе Святой Софии папские легаты объявили о низложении константинопольского патриарха и его отлучении от Церкви. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме легатов.

Как это было

Это не было ни первым проявлением напряженности, ни даже окончательным разрывом – но частью процесса, который начался гораздо раньше и был вызван целым рядом причин, по которым сегодня христианский мир разделен на восточный и западный, православный и католический.

«Чем православные отличаются от католиков?» – вопрос, который задают довольно часто, и ответить на него невозможно, не начав с того, что у нас общего и в чем оба сообщества видят смысл своего существования.

Каждое воскресное утро и православные, и католики собираются на главное богослужение, которое называется литургией (у православных) или мессой (у католиков). Это богослужение посвящено истории творения и спасения – того, что Бог совершил ради человеческого рода, и того, что мы еще ожидаем в будущем. В самом кратком виде эту историю можно рассказать примерно так.

Фото: Жан-Поль Лоран «Агитатор Лангедока»

Бог создал человека для жизни вечной и блаженной, но человек изменил своему предназначению и отпал от Бога в грех. Однако Бог, желая спасти и восстановить Свое творение, активно действует в падшем мире – Он заключает завет с Авраамом и его потомками, посылает пророков, направляет все исторические события к предустановленной Им цели. Спасительные деяния Бога достигают своей вершины в том, что Он сам становится человеком в лице Господа нашего Иисуса Христа; через крестную смерть и воскресение Иисуса Бог дарует всем верующим прощение грехов и вечную жизнь. 

Центром как православного, так и католического богослужения является таинство Евхаристии, которое Христос устанавливает перед самой своей жертвенной смертью на кресте, во время прощального ужина с учениками. Это таинство опирается на ветхозаветный образ жертвенного агнца. В Ветхом Завете был установлен обычай жертвоприношений за грех – люди закалывали агнца (ягненка), на которого символически возлагались их грехи, а потом ели его в ходе обрядовой трапезы. Общая трапеза с древнейших времен была символом единства и примирения и указывала на то, что грехи людей прощены и их мир с Богом восстановлен.

Христос указывает на Себя как на Агнца, который будет уже не символически, а подлинно заклан за грехи людей – и указывает на хлеб и вино Евхаристии как на Свое Тело и Кровь: «И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша [есть] Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается» (Лук. 22:19,20).

С тех пор это таинство совершается в любом христианском храме – хотя у православных и католиков выглядит несколько по-разному. И православные, и католики почитают святых – благочестивых христиан, которые уже водворились у Господа на небесах и молятся о нас, и особенно Богоматерь, Марию. Многие святые у православных и католиков разные, но все святые до Великого раскола 1054 года являются общими.

В чем причины

В чем же были причины раскола? В их числе называют языковой и культурный барьер – в Восточной Римской империи говорили по-гречески, в западной – по-латыни, расхождения в традициях богослужения, соперничество за первенство между Римом и Константинополем, но, вероятно, главной причиной, до сих пор сохраняющей свою актуальность, стало то, что на востоке и на западе сложились разные формы церковного управления.

На западе ряд факторов привел к усилению власти римских епископов. Сначала, в условиях резкого ослабления светской власти, им пришлось брать на себя мирские функции – например, вести международные переговоры, как в 452 году, когда папа Лев Великий прибыл в стан страшного завоевателя Атиллы и убедил его не идти на Рим.

По мере усиления светских владык на западе между ними и Церковью нарастали противоречия по ряду вопросов – кто имеет право ставить епископов, должна ли Церковь платить королям налоги, и тому подобным. Необходимость отстаивать интересы Церкви перед лицом светских правителей диктовала как рост централизации, так и усиление притязаний пап на исключительную духовную власть, в понимании католиков восходящую к власти святого апостола Петра, преемниками которого считались епископы Рима.

В качестве примера таких притязаний, все более отдалявших католиков от православных, можно привести буллу Unam Sanctam 1302 года, в которой утверждалось, что подчиненность всякого человеческого существа римскому первосвященнику есть догмат веры, необходимый для спасения души. Для православных подобные властные притязания пап были (и остаются) неприемлемыми – они готовы были признать за епископом Рима первенство чести, но не власти.

В чем разница

Главным вероучительным расхождением между церквями считается Filioque («и от Сына»), возникшее на западе добавление к Символу веры. Символ веры – краткое провозглашение основных положений христианства, которое поется за каждой литургией; в том виде, в котором он используется в Православной церкви, он окончательно сложился в IV веке.

Символ провозглашает веру в Бога, единого по существу и троичного в Лицах, Отца, Сына и Святого Духа. Это веру разделяют как православные, так и католики. Символ веры, в частности, исповедует «Духа Святого, Господа животворящего, от Отца Исходящего». Однако в конце VII века, первоначально на церковном соборе (собрании епископов) в Толедо, появляется добавление «и от Сына», которое, по мнению некоторых историков, возникло в ходе полемики с арианами – еретиками, отрицавшими божественную природу Иисуса Христа. К XI веку это дополнение утвердилось на западе в качестве общепринятого – в то время как православные считают его недопустимым и искажающим учение о Троице.

Между православными и католиками существуют разногласия и в других областях – в частности, в понимании природы божественной благодати и, в связи с этим, разными взглядами на духовную жизнь. Некоторые поздние католические догматы, касающиеся почитания Девы Марии, тоже не были восприняты православными.

Большую роль в укреплении взаимного отчуждения сыграли и этнополитические конфликты, в которых православные и католические народы оказывались по разные стороны линии фронта – наиболее заметными в этом отношении являются такие события, как антилатинский погром в Константинополе в 1084 году, разграбление Константинополя латинскими крестоносцами в 1204-м, экспансия германских рыцарских орденов на Русь, тяжелые войны между Россией и Речью Посполитой в XVII веке. До сих пор болезненным источником взаимных обид и претензий остается история украинского униатства.

Что дальше

В 1965 году патриарх Константинопольский Афинагор и папа римский Павел VI объявили о снятии анафем 1054 года, однако этот жест доброй воли не мог преодолеть накопившиеся за тысячелетие расхождения. Хотя диалог между представителями православных и католиков постоянно идет, воссоединение церквей едва ли возможно в сколько-нибудь обозримой перспективе – за прошедшее время сформировалось как разное церковное устройство, так и разное богословское осмысление истин веры. Однако целью диалога может быть не только воссоединение; православным и католикам есть о чем поговорить и над чем совместно потрудиться.

Церкви могут и должны совместно выступать в защиту христиан, которые во многих странах мира подвергаются масштабным гонениям. Православные и католики могут – и должны – совместно трудиться ради поддержания мира. Перед ними также стоит общая задача защиты естественного нравственного закона, здравых представлений о семье и о ценности человеческой жизни, которые, особенно в последние годы, подвергаются целенаправленному разрушению со стороны либеральной идеологии.

Конечно, столетия непонимания и конфликтов невозможно просто отменить; отношения между православными и католиками – это часть трагической, запутанной и кровавой истории падшего человеческого рода. Но у нас есть и другая история – та общая для нас история спасения, которая вспоминается за каждой литургией и за каждой мессой, история Христа, предвозвещенного пророками, рожденного от Девы, распятого за наши грехи, воскресшего на третий день и грядущего со славою судить живых и мертвых. И для верующих христиан эта история несравненно важнее.