Новости дня


Владас Повилайтис

доктор философских наук, БФУ имени И. Канта
Владас Повилайтис  

Русский народ изобрел глобализм и мировую революцию

Обвинение русских в поиске особых путей звучит странно, особенно когда речь заходит о ХХ веке. Ведь тот выбор, который совершили мы в 1917 году, был выбором в пользу общего, универсального – мечты зажить «единым человечьим общежитием».

Василий Розанов – простой русский гений

Исполнилось 100 лет со дня кончины Василия Розанова. Быть может, в русской мысли и было нечто сопоставимое с ним, но лучшего – не было. Его литература построена по принципу Станиславского, в стремлении сделать себя тем, кем ты восхищаешься.

Главный спор русского народа и интеллигенции

Один мой хороший знакомый в дни Крыма весны 2014 года говорил: «Я готов потерпеть отсутствие сыра за Крым», а за Харьков, добавлял он, «смириться и с отсутствием колбасы». Но я не о том, что надо было брать Харьков. Я о принципах.

Русские не умеют делать обычную работу хорошо и вовремя

Не надо лучше всех, не надо быстрее всех, не надо доставлять заказанную на 12 дня воду в 5 утра. Нужно уметь ровно в 12 дня привезти ее, точно в соответствии с условиями, не превращая все в тыкву.

Банк Франции страшнее ФСБ

В России Павленского терпели пять лет – во Франции сломались сразу. Не помогли им ни Дюшан, ни Гоген – «фармацевты» по-прежнему у власти и в силе. И здесь возникает самый любопытный момент.

У поезда российских инноваций отказали тормоза

Глядя на тысячелетнее многообразие российских инноваций, я думал, можно ли предложить что-то еще? Ведь, кажется, мы перепробовали все – от дыбы до блокчейна. И когда я уже отчаялся, меня озарило. Ведь есть одна инновационная технология, которую до сих пор у нас ни разу не использовали!

Серп и молот, а не крест остановили коричневую чуму

Я совсем не против православного воинства, храмов во славу русского воинства и чего еще чья душа пожелает. Но православные сталинские соколы – это, право, помилуйте, перебор!

Почему нам не хватает настоящего либерализма

Все, что утверждается властью, столь же последовательно отвергается оппозицией. Противостояние Бродского и Евтушенко на фоне колхозов есть бледное предчувствие тотального торжества желания назло Кремлю отморозить уши.

Методичка по распознаванию «фашиста» в собеседнике

Достаточно заподозрить моральную несостоятельность собеседника – и все сказанное им можно перетолковать в каком угодно смысле. В итоге вы достигнете идеала – совместив осуждение другого и обретение чувства собственного морального превосходства.

Русские отблески «Заката Европы»

Сто лет назад вышла одна из самых известных книг нашего мира – первый том «Заката Запада» Освальда Шпенглера, более известный как «Закат Европы». Успех этой книги в общем-то парадоксален.

Почему русский либерал стал охранителем

Двести лет назад родился первый и едва ли не единственный представитель четвертой власти в России. Прочие стремились к ней – он обладал. Но заплатил он за это большую цену, став синонимом едва ли не всего гнусного и темного в России.

Наша нелюбовь к Тургеневу – симптом для нас

Тургенев, двухсотлетие со дня рождения которого мы отмечаем, вне всякого сомнения великий русский писатель. В отличие от Толстого или Достоевского, Тургенев именно писатель. И потому он совершенно не русское явление.

Взбесившаяся печка Ивана-дурака давила все подряд

Советский Союз на протяжении десятилетий был благой вестью о возможности альтернативы. В этом смысле конец Советского Союза – едва ли не главная и не понятно чем замещаемая травма современного мира. Мир потерял возможность иного.

Русская интеллигенция еще жива, бурчит и шевелится

Русская интеллигенция была про беспокойство, про щемящее чувство вины, и поэтому – про совесть. А затем история перевернулась. Слово «совесть» осталось, но значение его изменилось.

Русская жизнь, увы, глубоко неэстетична

У русских сложные отношения с сексуальностью. Русский человек свою животность переживает как катастрофу – и либо целиком ее отрицает, либо столь же сполна ей отдается. Это типовой разброс между хлыстами и скопцами.

Как сделать человека из животного

До Швондера никто не задумался, что Шарику нужны имя и фамилия. Именно Швондер вручает ему переписку Энгельса с Каутским, и пренебрежение к этому тексту со стороны интеллигентов вряд ли оправдано.

Прекрасный русский мальчик Достоевского

От Чернышевского хотелось спать, а Писарев был свой – про свободу, про говорение дерзостей. Теперь таких почти не делают. Последний выпуск, говорят, был во времена «Кино» и алюминиевых огурцов.

Консерватизм – это парадоксальный жест свободы

Для консерватора свобода недоказуема, она всегда – по ту сторону принудительности разума. И высшим ее выражением является дикий вопль: «Боже, храни королеву!», как учили нас святые Сид Вишес и Джонни Роттен.

Либеральная демократия – это последняя из священных коров

Деление на «либералов» и «консерваторов» в наши дни выглядит архаичным. Возникает простой вопрос – что охраняют нынешние консерваторы? И о какой именно свободе говорят современные либералы – так, чтобы их можно было отличить от демократов или социалистов?

Право отморозить уши даровано нам Конституцией

Зайди маятник слишком далеко, Россия, конечно, вспрянет ото сна, но на обломках самовластья напишут слово из трех букв. И уже только потом, в качестве уточнения, наши имена с адресами и телефонами.