Россия строит новые форматы международных отношений

Россия строит общение в более перспективных форматах, чем G8   19 апреля 2016, 14:56
Фото: Imago-Images/ТАСС
Текст: Марина Балтачева,
Юрий Богданов

Москва подтвердила, что больше не нуждается в формате G8, в котором ей пришлось прекратить участие из-за обид Запада за Украину. И хотя мировые политики настаивают на необходимости возвращения России, без которой «не решается ни один конфликт в мире», такой сценарий вряд ли возможен. Москве стоит сосредоточиться на более перспективных форматах, уверены эксперты.

МИД России вновь заявил, что не считает нужным возвращаться к формату «большой восьмерки». «Мы не видим необходимости реанимировать то, что осталось в прошлом», – заявил заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков. По его словам, участие России в «группе восьми» – «совершенно неактуальный вопрос». Напомним, ранее глава МИД России Сергей Лавров заявил, что «большая семерка» не влияет на международную политику.

«Эпоха, когда Россия пыталась идентифицировать себя через включение в западные институты, закончилась»

«Business as usual» не будет в принципе»

Официальный представитель МИДа Мария Захарова также добавила, что попытки заставить Россию чем-то «расплатиться» за восстановление формата G8 совершенно безосновательны. Дело ведь отнюдь не в России. Захарова напомнила заявление главы дипломатии Евросоюза Федерики Могерини о том, что «не будет возвращения к отношениям в режиме business as usual, пока Россия не станет уважать свои международные обязательства и международное право». В ответ официальный представитель МИДа подчеркнула, что именно Россия соблюдает Минские соглашения и призывает к этому другие стороны, именно Россия выполняет обязательства Будапештского меморандума, гарантировавшего Украине уважение ее суверенитета, и именно Россия «не допустила развала ООН, о чем мечтали лет 15 назад наши западные партнеры». В то время как страны ЕС, «дважды поддержавшие антиконституционные решения обоих Майданов», не только нарушили Будапештский меморандум.

«На основе каких положений международного права в Сирии находятся страны – члены ЕС? А что они делали в Ливии? А в Ираке? Почему выступающий за соблюдение международного права ЕС не требует отчета от Вашингтона о выполнении мандата СБ ООН по проведению операции в Афганистане? – подчеркнула Захарова. – Business as usual... Его не будет не «пока Россия...», а в принципе», – констатировала она.

Официальный представитель МИДа также уверена, что с ЕС и НАТО «никакой возможности вести дела как прежде просто нет». Захарова пояснила, что за последние годы «мы убедились в ненадежности наших западных партнеров», а зачастую и в их несамостоятельности в принятии решений. «Они себя дискредитировали. Наконец пришло осознание того, что с людьми, которые тебя обманывают и предают, по-прежнему дела делаться просто не могут», – подчеркнула официальный представитель МИДа.

Впрочем, отношения с ЕС и НАТО остаются предметом дискуссии. Что касается G8, то еще в декабре прошлого года глава комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков сказал, что формат саммита «большой восьмерки» из-за последних мировых событий устарел.

Напомним, «большая семерка» формально была расширена до G8 за счет России еще в 1998 году, фактическое участие нашей страны в этом переговорном формате началось даже раньше. Однако в 2014 году на фоне событий вокруг Украины представители клуба приняли решение не участвовать в саммите G8 в Сочи, а собрались в Брюсселе. Участники G7, среди которых Германия, США, Канада, Япония, Франция, Великобритания и Италия, заявили, что не хотят заседать вместе с Россией до тех пор, пока Москва не изменит свою политику относительно Крыма.

«Мы настоятельно нуждаемся в России»

Летом прошлого года канцлер Германии Ангела Меркель вновь заявила, что участие России в саммите G7 в настоящее время немыслимо. При этом глава МИД ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер, напротив, высказался за скорейшее возвращение России в состав G8: «Мы не можем быть заинтересованы в том, чтобы G8 навсегда превратилась в G7. Мы настоятельно нуждаемся в России для урегулирования хронических конфликтов в соседних с Европой регионах – в Сирии, Ираке, Ливии, а также вокруг атомной программы Ирана», – заявил политик. Он добавил, что России следует предпринять действия, которые открыли бы ей путь к формату G8.

10 апреля нынешнего года в преддверии встречи глав МИД стран «семерки» министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер в интервью немецкому агентству DPA вновь заявил о необходимости «создать условия для возвращения к формату G8» и подчеркнул, что «ни один серьезный международный конфликт невозможно решить без участия России». За возвращение России в «восьмерку» выступал и японский премьер-министр Синдзо Абэ.

Политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», Федор Лукьянов, комментируя эти заявления, отметил: «Сам факт того, что был поднят вопрос о воссоздании «восьмерки», свидетельствует об изменении атмосферы в мире. Это значит, что острейшее неприятие Западом России, которое началось с украинского кризиса, постепенно сменяется пониманием того, что необходимо восстанавливать каналы кооперации и общения», – подчеркнул эксперт. При этом он задался вопросом: «Нужно ли это самой России? Понятно, что этот клуб никогда не станет «мировым правительством», как когда-то замышлялось. Это мощные страны, оказывающие большое влияние на мировую ситуацию, но не те, кто решает в своем кругу судьбы мира», – заметил эксперт.

«Попытка использовать приманку воссоединения «восьмерки» как инструмент воздействия на Россию бессмысленна. Какую роль Россия в ней будет играть? Этого не понимает никто», – подчеркнул Лукьянов.

«G20, БРИКС, ШОС и ЕАЭС»

Чрезвычайный и полномочный посол, долгое время представляющий интересы России в G8, су-шерпа в группе БРИКС Вадим Луков отметил в интервью газете ВЗГЛЯД, что в последнее время страны «большой семерки» пытаются склонить нас к участию в мероприятиях не высшего уровня, а министерского, с тем чтобы постепенно возродить этот формат диалога.

«Наши партнеры из стран ЕС пытаются возродить встречи с представителями России по вопросам, например, здравоохранения, ссылаясь на то, что у Москвы большой опыт работы на данном направлении. На это был дан ответ: мы не намерены участвовать в данных форматах. Есть другие форматы общения на подобные темы, например по линии Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) или по линии Европейской комиссии. Одним словом, в мире есть масса международных форматов, где Россия могла бы общаться на равных и отстаивать свои национальные интересы», – сказал дипломат.

Собеседник подчеркивает, что Москве нужен такой формат международного общения, где все выступают на равных, где есть перспективы экономического сотрудничества и где формат общения выстраивается в рамках многополярного мира. «Увы, большинству этих показателей G8 – и уж тем более G7 – не отвечает. Поэтому для России сейчас наиболее перспективны такие форматы, как «большая двадцатка», БРИКС, ШОС и ЕАЭС. Именно на этих форматах Москва сосредоточивает свои усилия», – отметил Вадим Луков.

Дипломат отмечает, что G8 была нужна России в тот исторический период, когда мы нуждались в финансово-кредитной поддержке со стороны Запада и МВФ. «На определенном этапе нашей истории была необходимость встраивания России в глобальную систему международных отношений. Однако со временем функции G8 утратили для Москвы свою актуальность. Мы больше не берем заимствования у МВФ, мы укоренились в современной системе международной жизни, мы имеем серьезное количество формальных и неформальных, а также региональных контактов. Одним словом, исчезновение G8 не нанесло нам ущерба», – подытожил посол.

«G8 была отражением определенной эпохи, когда Россия стремилась стать частью Большого Запада. По разным причинам этого не получилось, – рассказал в беседе с газетой ВЗГЛЯД председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике России, научный директор клуба «Валдай» Федор Лукьянов. – Сейчас такой амбиции у России нет, и у Запада тоже нет намерений Россию в себя интегрировать. Соответственно, «большая восьмерка» сегодня не имеет смысла, – считает он. – Я думаю, что эпоха, когда Россия пыталась идентифицировать себя через включение в западные институты, закончилась», – отметил Лукьянов.

При этом объединение других стран, образовавшее «семерку» – G7, вполне актуально сегодня, однако смысл этого объединения изменился. «Это уже не мировое правительство, не клуб управляющих. Это западный клуб, и в этом качестве он вполне правомерен», – считает Лукьянов.

На реплики вроде недавнего заявления министра иностранных дел Германии о возможности возвращения в G8 Москве не нужно никак отвечать, считает Лукьянов. «Штайнмайер сказал, и говорил несколько раз, что Россия очень важна в мировом сообществе, без нее не решаются никакие проблемы, и ее надо пригласить, но «при условии, что», а дальше – привычный набор, прежде всего связанный с Украиной», – напомнил он. К тому же это предлагает Германия, об этом говорил и японский премьер, но ведь это далеко не все страны нынешней «семерки». «США, например, вряд ли нас пригласят», – считает собеседник.

«Строго говоря, для того, чтобы взаимодействовать с Россией по решению мировых проблем, «восьмерка» совершенно не нужна – хватает других институтов. А чисто содержательный смысл «восьмерки» сейчас уже отсутствует», – пояснил Лукьянов.

Россия сегодня активно работает в других форматах по разным направлениям, рассказал он. «Прежде всего это «большая двадцатка», которая сейчас гораздо более заметна, чем G7 или G8. Это разные региональные организации, которые возникают и укрепляются. В первую очередь это ШОС, Евразийский экономический союз. Все эти организации очень разные, их нельзя обобщать, но тем не менее во всех них Россия играет или ведущую, или одну из ведущих ролей, или просто присутствует», – уточнил эксперт.